Заплатка для больниц

Владимир Путин поручил правительству выделить в системе ОМС специальную часть для финансирования федеральных клиник. Это решит их текущие финансовые проблемы, говорят эксперты, но не исправит проблем системных.

Владимир Путин в послании Федеральному собранию поручил правительству выделить в системе обязательного медицинского страхования (ОМС) особую федеральную часть. «Система ОМС территориальная, и прежде всего она поддерживает территориальные учреждения здравоохранения. Руководители крупных федеральных клиник, где делают как раз большинство высокотехнологичных операций, конечно, очень обеспокоены недофинансированием», — объяснил президент такую необходимость.

Соответствующие поправки в законодательство необходимо принять в весеннюю сессию парламента, наказал Путин. В промежутке деньги на бесперебойное оказание высокотехнологичной медицинской помощи нужно выделить «напрямую из федерального бюджета».

Почему недофинансируются федеральные клиники

Проблема, о которой говорит президент, возникла после того, как 1 января 2015 года в силу вступили поправки в закон об ОМС и российское здравоохранение перешло на систему «одноканального» финансирования. До этого средства в медицинские учреждения поступали по двум каналам — как из фондов ОМС, так и из бюджета. Теперь «финансирование следует за пациентом», доктор может назначить пациенту госпитализацию в любом регионе России, объясняет Андрей Гришковец, клинический интерн Клиники нефрологии, внутренних и профессиональных болезней им. Е.М. Тареева (1-й МГМУ им. Сеченова), бывший руководитель отдела «Общество» газеты «Коммерсантъ».

«Если пациенту необходима госпитализация, возникает вопрос: куда именно его госпитализировать? Доктор может назначить пациенту госпитализацию в любом регионе РФ. Например, у нас в «первом меде» мощная служба, которая лечит васкулиты — воспаления сосудов. Поскольку заболевание сложное и требует специальных навыков, если в каком-то регионе пациент заболел васкулитом, врач отправит его к нам», — рассказывает Гришковец. Региональный фонд будет вынужден перечислить деньги в этот федеральный медицинский центр. Естественно, у региональных минздравов есть стимул оставлять максимум пациентов в своем регионе, объясняет эксперт, ведь территориальные клиники, которые принадлежат муниципалитетам, с точки зрения главы местного органа здравоохранения, должны финансироваться в первую очередь.

Если раньше у федеральных центров был стабильный поток пациентов — врачи других клиник предпочитали передавать сложные случаи в профильные федеральные центры, то с введением новой системы финансирования он резко снизился. «В какой-то момент у нас поток пациентов сократился в два раза», — вспоминает Гришковец. Ситуацию удалось со временем исправить, объясняет врач, но только усилиями главных врачей и заведующих отделениями, которые звонили в регионы, напоминали, что они берут тяжелые случаи.

«Действительно, существовал риск, что регион сделал бы все возможное и невозможное, чтобы оставить деньги внутри этого региона; в том числе был риск, что это будет не очень хорошо для пациента и совсем не хорошо для федеральных клиник», — соглашается заместитель директора Института социального анализа и прогнозирования РАНХиГС Владимир Назаров.

В чем фундаментальная проблема

По мнению Гришковца, предложенную президентом меру можно сравнить с заплаткой: с одной стороны, у федеральных клиник, безусловно, станет лучше с деньгами, с другой стороны, более глобальную проблему — с распределением функций внутри системы здравоохранения — это не решит. «Нужно четко обозначить логику, по которой пациенты будут перемещаться в федеральный центр», — считает врач. Например, в случае тяжелых и редких заболеваний и в ситуациях, когда ни в регионе, ни в соседних с ним субъектах нет свободных «коек» под конкретное заболевание. «Необходимо заняться маршрутизацией потоков пациентов в стране, — резюмирует он, — и тогда в отдельном финансировании не будет необходимости».

Владимир Назаров считает, что маршрутизация — производная проблема от другой, по его мнению, более веской — отсутствия явно прописанных государственных гарантий. Идея в том, чтобы сформулировать, на что имеет право пациент, обладающий полисом ОМС, в каких условиях и по каким ценам. «Если вы четко знаете, что людям положено, а что нет, вы можете более четко управлять пациентопотоками, — объясняет он. — Если при дефиците ресурсов непонятно, что кому положено, то это идет на усмотрение тех или иных органов — кого госпитализировать, куда госпитализировать, и там уже есть поле для манипуляций». Уже сейчас существуют ограничения на то, какую помощь могут оказывать разные уровни медицинских учреждений, но они не всегда достаточно четкие, говорит Назаров.

Средств на федеральную часть в ОМС, о которой сказал президент, должно хватить, уверен Назаров. Если в 2014 году взнос с работодателей в Федеральный фонд ОМС по ставке 5,1% выплачивался только с базы в пределах 624 тыс. руб., то в 2015 году этот порог отменили. То есть в системе появляются дополнительные средства. Раньше они шли бы в федеральный бюджет, а оттуда на финансирование тех же федеральных медицинских учреждений. «Президент предложил компромиссный вариант, когда они идут в ОМС, но внутри ОМС обособляется некий фонд, который защищает интересы этих федеральных центров», — объясняет Назаров.​